Павел Косенко (pavel_kosenko) wrote,
Павел Косенко
pavel_kosenko

«Серьезная игра»

Предлагаю вашему вниманию перевод статьи Serious Play (New York Times, 9.12.2015) о Instagram-фотографиях Стивена Шори (Stephen Shore), Даяниты Сингх (Dayanita Singh) и Георгия Пинхасова (Gueorgui Pinkhassov).

Серьезная Игра



Стивену Шору (Stephen Shore) было 24 года, когда в 1972-м году он впервые отправился в фото-путешествие по Соединенным Штатам. С помощью 35-миллиметровой камеры Rollei он заснял на цветную пленку массу всякой всячины: дома, бензоколонки, дороги, флюоресцентные лампы, уличные телефоны, кровати в мотелях, машины, телевизоры. Он сделал снимки друзей и незнакомцев, еды и туалетов, развешенных на стенах картин, открытых холодильников, фасадов закрывшихся магазинов — всего, на что только могла нацелиться его камера. Работы, которые он накопил в течение последующих двух лет и затем представил в книге-дневнике «Американские поверхности», сегодня кажутся нам на удивление узнаваемыми.

Их банальность и отсутствие выбора объекта напоминает то, что сегодня люди выкладывают в Инстаграм. Однако Стивена Шора, несмотря на всю кажущуюся случайность его образов, отличает утонченность живописного инстинкта. Вместе с Уильямом Эгглстоном (William Eggleston) он стал первым, кто увидел и показал простонародную Америку, и это случилось задолго до того, как кто-нибудь мог хотя бы помыслить о социальных сетях.

Пролетело четыре десятилетия, и вот сам Шор появляется в Инстаграм. Здесь его цветные изображения, так же, как и большинство его выставочных или опубликованных ранее фотографий, выполнены в невозмутимом и отстраненном стиле, в хрупком равновесии между красотой, банальностью и иронией. Изменились среда и форматы, но остался его взгляд, его стремление визуально классифицировать мир. По сравнению с фотографиями, опубликованными когда-то в книгах «Американские поверхности» ("American Surfaces") и «Необычные места» ("Uncommon Places"), его инстаграмы не меньше, а еще больше провоцируют своей повседневностью. Временами возникают вопросы, не дурачится ли он.



Пользователи Инстаграм любят эффектные картинки и награждают их местными «монетками»: лайками. (Они также высоко оценят, невзирая на качество, снимки, сделанные любой суперзвездой — все, что придет от Джастина Бибера или от Бейонсе, получит сотни тысяч лайков). Шор, однако, заставляет нас подумать о месте в Инстаграм снимка анти-эффектного, потому что ценность именно такой фотографии он так долго доказывал еще до появления Инстаграм.

Стивен Шор входит в группу мастеров, которые, будучи успешными в мире общепринятой фотографии, используют Инстаграм как новую творческую площадку. Для них Инстаграм не средство достижения какой-либо цели, а наслаждение само по себе. В этом их отличие от других профессионалов, для которых Инстаграм просто удобное место для раскручивания своих «неинстаграмных» проектов, или просто для социального общения.

Для Шора и других знаменитых фотографов, таких как Даянита Сингх (Dayanita Singh), Георгий Пинхасов (Georgui Pinkhassov), Давид Алан Харви (David Alan Harvey) и Лора Эль-Тантави (Laura El-Tantawy) — называю лишь несколько имен, чьи работы мне нравятся — Инстаграм стал дополнительной студией, где можно сделать что-то новое.

Эти фотографы ищут баланс между чувством свободы и жгучей обсессией. Они снимают свои инстаграмы, как правило, мобильными телефонами, но при этом сохраняют те же художественные принципы, что и в своей профессиональной работе. Зачем они это делают? Почему они стараются сделать это «правильно» даже в самом неформальном окружении? Потому, что, несмотря на «шумы», все-таки в Инстаграм существуют достойная аудитория; потому что артистическую потребность в творчестве невозможно подавить. Даже если это всего лишь игра и за работу не платят.

«Что я люблю больше всего в фотографии — это ее способность передавать сообщение», — написала Даянита Сингх, когда я спросил про Инстаграм. «Это то, что привлекает меня в фото-книге, и мне интересно понять какой могла бы быть Инстаграм-книга». Сингх, которая живет в Нью-Дели и Гоа, создает мечтательные ассоциативные работы, и ее главным средством выражения в течение нескольких десятилетий была фото-книга. Ее фотографии вновь и вновь возвращаются к очень личным и взаимосвязанным образам: интерьеры, кровати, белые одежды, хранилища книг, стекло, витрины, женщины из высшего класса в Нью-Дели, музыкант Закир Хуссейн (Zakir Hussain), герой ее первой фотокниги, и евнух Мона Ахмед (Mona Ahmed), герой-героиня второй.

«Я стала замечать, что те же темы, к которым я была привязана раньше, возвращаются в Инстаграм», говорит Сингх. Свои простые и кажущиеся документальными инстаграмы она помечает ироничными хаштэгами, которые отсылают к ее прежним проектам и намекают на воображаемые будущие: #dreamvilla, #fileroom, #chairs, #houseoflove, #museumofglass, #mirrormirroronthewall. Она редко сообщает, где та или иная фотография была снята. Они находятся в единой связи, помеченные хаштэгами, как метят крошками хлеба путь в заколдованном лесу.

Глядя на работы Сингх в Инстаграм, я получаю удовольствие от самих картинок, от их простоты, эмоционального резонанса и непритязательной lo-fi эстетики. Они углубляют мое понимание ее работ, за которыми я следил многие годы. Я отдаю себе отчет, что то, что я вижу в ее инстаграм — это рефлексивная форма анализа: она использует образы, чтобы размышлять о том, как она создает образы. Каждая фотография, будь то пара стеклянных банок, или кресло, или орнамент цветка в мраморном горельефе, — добавляет объяснение и сама объясняется предыдущими фотографиями. Ее фотографический язык накапливает новый вокабуляр, в то время как его грамматика сохраняется. Цветы, например, это новый элемент, но они встраиваются в уже существующий контекст благодаря повторяющимся ритмам в духе каталога.



Но иногда даже при всей стабильности случаются неожиданности. Как-то утром я проснулся и увидел, что Сингх поместила короткое видео о Моне Ахмед, чей образ я не видел с 2001-го года, когда была выпущена книга. «Я Мона Ахмед» (“Myself Mona Ahmed”). Вот 15-секундное видео на моем экране, Ахмед много старше, поет вибрирующим голосом. Кожа по-прежнему хороша, глаза блестят. Она поет и улыбается, обнажая сломанные зубы. Я видел книгу и знал каким было ее лицо в молодости, сколько она перестрадала, и у меня слезы брызнули из глаз.

Если Стивен Шор и Даянита Сингх часто снимают мир в равновесии, то в фотографии Георгия Пинхасова мир динамичен. Пинхасов, который родился в Москве и сейчас живет в Парижае, один из лидеров фотожурналистики, хотя это определение к нему плохо подходит. «Задания — это лучший претекст оказаться в новом окружении», — написал мне Пинхасов. «В себе я больше ценю любителя, чем профессионала». Любитель, amateur — вот для него слово, декларирующее любовь к ремеслу. Он — фотомастер, влюбленный в свет, цвет и непосредственную спонтанность.

Взглянув на фотографии Пинхасова, вы сразу узнаете автора. Плоскость картины живет сложным узором света, часто с запутанными драматичными тенями, из которых магически проступают формы: голова здесь, нога там, некий силуэт, рыбацкие сети, дым, лица, какие-то очертания. Лишь через мгновение проявляется понимание целого. Его фотографии, подобные сну, всегда на грани начала движения, как если бы он снимал в момент зарождения образа, до того как тот полностью превратился в реальность.

Талант извлекать энергию из ежедневной жизни Пинхасов применил для следующего логичного шага: сейчас он также размещает короткие видео с абстрактными, клубящимися, разворачивающимися сценами. Поэтическое изящество и точность ритма как в его опубликованных работах, так и в Инстаграм становятся объяснимыми, если вспомнить тех двоих, кто оказал на него основное влияние. Это Андрей Тарковский (в 1979 году Тарковский пригласил его на площадку фильма «Сталкер») и Анри Картье-Брессон. Он ценит обоих за то, что подвели его к идее, что «в реальном пространстве достаточно материала, из которого можно соткать поэтические образы, не используя фильтров».

Даже находясь в параметрах собственного стиля, Пинхасов постоянно заряжает образ элементом неожиданности. По его словам, он ближе к «плите», чем «холодильнику»; предпочитает стряпать, а не сохранять. Творческое горение важнее дисциплины. Эффект от листания ленты в Инстаграм, когда натыкаешься на его фотографию, — встряска от удивления и благодарности.

Инстаграм, как и любая другая бешено успешная социальная платформа, сам по себе может быть креативным или занудным, веселым или нелепым. Общаться не с тем, с кем надо, — это как камень на шее. Однако, следить за работами фотографа — это область открытий, и не столько из-за отдельной поразительной фотографии, сколько ради новых зерен откровения. «Разговор с другом каждый день отличается от разговора с ним раз в месяц или раз в год», — написал Стивен Шор в электронном письме. «Инстаграм может быть похожим на задушевную и кажущуюся простой ежедневную беседу».

Когда влюбляешься в работу мастера, разве не появляется непреодолимое желание забраться к нему в голову, как будто оказаться в центре процесса его творения? Вот почему мы читаем интервью с мастером, вот почему смотрим его наброски, рассматриваем листы раскадровки. Инстаграм в лучшем своем проявлении воссоздает аспекты такой откровенности. Он может стать беседой, которая постепенно разворачивается в течение недель и месяцев. Мы видим страсть в развитии, а не просто как это когда-то выглядело на музейной стене или на странице книги. Что особенно поражает в Инстаграм — это то, что больше нигде ничего подобного не может произойти так близко и непосредственно. Но есть и другой аспект, с горьковатым привкусом — это факт недолговечности. Как и любая беседа, она случается, когда случается. И когда она закончена — она закончена.

By TEJU COLE DEC. 9, 2015
Перевод Маши Копицкой-Докшицер
Париж, 12.12.2015

Subscribe
promo pavel_kosenko january 1, 2010 00:05
Buy for 1 000 tokens
Полный список фототуров и выездных мастер-классов: http://www.frameway.club
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments